Православный магазин
Бесплатно по России:
8 800 200-84-85
С 9:00 до 21:00 ежедневно
order@zyorna.ru

Вознесенский Андрей Андреевич


Андрей Андреевич Вознесенский — известный русский поэт советского периода.

1933 год, когда родился Андрей в одном из московских роддомов в Лялином переулке, был ознаменован большим литературным событием — Иван Бунин за автобиографическую повесть «Жизнь Арсенева» получил Нобелевскую премию. Конечно, младенец не мог читать тогда газеты и интересоваться литературой. В его поле зрения попадали только самые близкие люди — мама Антонина Сергеевна, папа Андрей Николаевич и сестренка Наташа. Гораздо позже, уже после своего стихотворения «Прадед», Вознесенский решит узнать подробнее о своих корнях и отправится в город Муром Владимирской области, где разыщет могилу Андрея Полисадова, своего прапрадеда-священника, настоятеля Благовещенского монастыря, попавшего сюда сиротой из Имеретии в начале XIX века. Потому-то их семью и звали в шутку в Киржаче, на родине мамы Вознесенского, Антонины Сергеевны, его бабушки и дедушки, грузинами. Судьба Полисадова, окончившего Владимирскую семинарию и печатавшего свои стихи в газете самого Герцена, несказанно взволновала потомка. Он дотошо копался в архивах, выискивая крохи исторических подробностей, несмотря на то, что время советских 60-х годов, было еще попрежнему суровым и смутным в отношении религиозных приверженцев. Что понимал о репрессиях Вознесенский, если он родился накануне Великой Отечественной войны? В эти страшные годы они были эвакуированы с матерью из Владимирской области на далекий Урал, в город Курган. Казалось бы, где-то тут неподалеку находились и тюрьмы, и колонии, и поселения жертв Сталинского режима. А вот Вознесенский вспоминает жизнь на берегу Тобола как самое чудное время. Наверное, восприятие ребенка навсегда остается в памяти как сказочная радость и счастье.

Возвратившись в Москву, Вознесенский стал учиться в 554-й школе (ныне № 1060). Одноклассники порой недоумевали, в числе которых был, к слову сказать, и Андрей Тарковский, по поводу его чересчур тесной дружбе с учительницей английского языка Мариной Георгиевной Маркарянц. Однако, ни в одном будущем поэтическом сборнике не находились посвященные ей стихи. Учительский образ поэт неизменно выводил под именем некой «Елены Сергеевны». Закончив свое блестящее обучение здесь с серебряной медалью в 1951 году, выпускник отдал документы в Московский архитектурный институт. Почему? Не потому ли, что Маркарянц увлеченно возила Андрея на экскурсии по старинным усадьбам? Казалось бы, прямая дорога была автору, стихи которого выделил из многотысячной толпы пишущей братии сам Пастернак, в Литературный институт! Но Вознесенский, три года перед поступлением вращавшийся в кругу великих поэтов и писателей Серебряного века, друзей Бориса Леонидовича, идет учиться проектировать дома. Скорее всего на решающем выборе сказалась любовь и уважение к отцу — известному инженеру-гидротехнику. В здании, где располагалось МАРХИ, раньше находился ВХУТЕМАС, в котором и получал профессию Андрей Николаевич Вознесенский. Но как бы то ни было, в 1957-м архитектурный диплом поэтом получен, и по распределению он отправлен в Прибалтику. Но уже в самое ближайшее время Вознесенский-младший не выдерживает отсутствия творческого окружения и возвращается в столицу. Поиски работы не увенчались успехом. И кто-то из родственников порекомендовал его поэту-переводчику Давиду Самойлову. Мэтр свысока посмотрел на молодого человека: «В литературу входят медленно, десятилетиями». На что Андрей мгновенно обидчиво вспыхнул: «У меня нет столько времени. Через год я буду самым знаменитым поэтом России». И таки исполнил свое обещание, окутанный духом энтузиазма окружающих событий — легендарного VI Всемирного фестиваля молодежи и студентов, первым космическим полетом не вернувшейся с орбиты собаки Лайки, поставленным памятником Владимиру Маяковскому, политической хрущевской «оттепелью».

Итак, чтобы доказать Самойлову, что он — поэт с большой буквы, Вознесенский начинает публиковать свои стихи. Ритмичные, четкие, резкие, «словно босиком по стеклу», они тут же замечены читателями. И уже первый авангардный сборник «Мозаика», с портретом автора кисти Ильи Глазунова, изданный во Владимире, навлекает на себя гнев властей, редактора издательства увольняют. Тут же, следом в Москве выходит еще один альманах поэта «Парабола». И тот же результат — люди принимают «на ура», власти — желают растерзать и уничтожить. Современный писатель и критик Дмитрий Быков, анализируя творчество Андрея Андреевича, сказал: «Надо с горечью признать, что из всех поэтов-шестидесятников он самый битый». Действительно, это ж как нужно умудриться писать стихи, чтобы даже Никита Хрущев, первый секретарь ЦК КПСС, прилюдно накричал? Вознесенский выглядел тогда растерянным, на той встрече Хрущева с интеллигенцией. Ведь ничего страшного в своих рифмах он не писал! Чего не прощала ему советская власть? Внутреннюю свободу, то, как будто на свете есть только человек и Бог, а другой власти в мире быть не может в принципе.

Зато поддержка со стороны «вражеской» Америки оказалась весьма кстати: поклонниками поэзии Андрея стал «клан» Кеннеди. И при всей сложности выездов за рубеж советскими гражданами Вознесенский с завидной регулярностью отправлялся в гастрольные турне по всему миру. Причем, познакомился даже с легендой Голливуда — Мерилин Монро, которой посвятил одно из своих стихотворений. Трагичность, ломка стереотипов и устоев, катастрофичность воспринималась поэтом как переход к новому, более совершенному. Именно это нервом пульсирует в каждой его строке-метафоре. «Все кончено! // Все начато! // Айда в кино!». Зал Политехнического музея, где любила выступать четверка «шестидесятников» — Евгений Евтушенко, Белла Ахмадулина, Роберт Рождественский и Андрей Вознесенский — всегда был переполнен зрителями.

Встреча с именитым земляком с владимирских мест Владимиром Солоухиным, работавшим тогда в «Литературной газете», принесла новый прорыв Вознесенскому — его только что написанную поэму «Мастера» взяли в «Литературку». Но критики... Враждебные критики тут же ополчились снова. Их едкие, язвительные выпады сыпались как из рога изобилия, пока за поэта не вступилась Юнна Мориц. Потом стали брать стихи Вознесенского и в журналы «Знамя», «Юность», «Новый мир». Валентин Катаев в 70-х с присущим ему тонким юмором написал невозможно пафосное вступление к книге Андрея Андреевича «Тень звука». Прочитав отзыв, Вознесенский счел уместным несколько его подредактировать, вычеркнув громкие эпитеты вроде «гениальный» и пр. Но бесспорно Катаев был прав: Вознесенский — это явление! И в 1978 году поэта заслуженно наградили Государственной премией СССР за очередную книгу стихов «Витражных дел мастер». Сожалел лауреат только об одном — о том, что его отец не дожил до его всеобщего мирового признания. Андрей Николаевич скончался от рака в 1974-м. Причем накануне Вознесенский со своей супругой Зоей Богуславской побывали у Ванги и та предсказала эту семейную потерю близкого человека.

Совершенно неожиданным для публики стало содружество поэта-авангардиста с композиторами-песенниками. Шлягеры, вышедшие из-под пера Вознесенского, и положенные на музыку Раймонда Паулса и Алексея Рыбникова до сих пор бьют все рекорды популярности. Глубина, которой они наполнены, поражает и завораживает словно магия застывшего времени в вечности. Так, жанр «попсы» благодаря автору безусловно вписан в «классику». «Ты меня на рассвете разбудишь, // Проводить необутая выйдешь», — сколько раз эти строки произносились на сцене «Ленкома» в рок-опере «Юнона и Авось»? Страшно представить! А публика скандировала: «Браво! Бис!.. Еще!.. Еще!». А «Миллион алых роз» о любви грузинского художника Пиросмани к французской актрисе? За каждым произведением Вознесенского стояла история и судьба!

Поэт-эпоха ушел от нас в 2010 году после продолжительной борьбы с болезнью Паркинсона. Он скончался дома, в Переделкино, на руках верной супруги, писателя Зои Богуславской, с которой они прожили вместе более сорока лет, шепча ей одно из своих стихотворений «Я — Гойя». Однажды к ним в Зауралье из блокадного Ленинграда неожиданно вырвался отец, которого считали погибшим, и привез маленькому сынишке книжку с картинами этого художника. Тогда и стало имя испанца для мальчика символом возвращения и воскрешения. Незадолго до смерти Андрей Вознесенский покрестился в церкви, хотя и без того всегда считал себя верующим человеком. Его отпевали в церкви святой мученицы Татьяны при МГУ. Попрощаться с гением можно было в Центральном Доме литераторов. Похоронен в одной могиле с родителями и бабушкой на Новодевичьем кладбище. На могиле установлен тяжелый каменный шар, словно поддерживающийся небольшим бронзовым распятием мраморной наклонной плиты.

В США живет дочь поэта Арина Вознесенская от актрисы Анны Вронской и внук Франческо. Как могли, они скрашивали последние годы жизни Андрея Андреевича своими приездами, любовью и заботой.

Показать:
Святитель Николай Чудотворец
170 р.
В корзину Вознесенский Андрей Андреевич
Сретенский монастырь, Москва
Осталось: 1
5 0