Православный магазин
Бесплатно по России:
8 800 200 84 85
с 9:00 до 21:00 ежедневно
order@zyorna.ru

Пасхалов Клавдий Никандрович

Политик-монархист, идеолог черносотенства. 

Родился в 1843 году в дворянской семье, жившей в Калужской губернии. Семья была очень одаренной. Отец – боевой кавказский офицер. Мать Анна Никаноровна Пасхалова (урожденная Золотаева) (1823-1885) была поэтессой. Ее второй муж – писателем. Старший брат Клавдия — Виктор Никандрович был выпускником Московской и Парижс­кой консерваторий, известным компо­зитором, автором романсов, многие из которых были написаны на стихи, сочиненные матерью. Вячеслав Викторович Пасхалов (внук Анны Никаноровны) впоследствии тоже стал композитором, а его двоюродная сестра Анна Александровна Пасхалова-Чегодаева (1869-1944), была певицей и драматической актрисой. Другая двоюродная сестра Вячеслава Викторовича — Алевтина Михайловна Пасхалова (1878-1953), прославилась на подмостках русской оперы.

Испытавший влияние, несомненно, творчески одаренной семьи, Клавдий Пасхалов поначалу попытался найти себя на литературном поприще. В его художественных произведениях затрагивались вопросы землеустройства и крестьянского быта. Эта тема всегда была интересна Пасхалову, но ему не суждено было стать писателем. В 1875 году он посту­пил на службу в Министер­ство финансов и работал в особой канцелярии по кредитной части. В 1882 стал членом совета Крестьянского банка. Его жизненный путь – это путь не столько государственного чиновника, сколько публициста и активного общественного деятеля. Несмотря на преклонный возраст, Пасхалов был активным участником монархического движения начала ХХ века. Он являлся членом Русского Собрания, был членом «Кружка москвичей» и состоял почетным членом Русского монархического союза. Пасхалов также был избран почетным членом Калужского отдела Союза Рус­ского Народа. Он неоднократно выступал в роли организатора и участника монархичес­ких съездов. На Втором Всероссийском Съезде Русских Людей в Москве (апрель 1906) был председателем финансово-эко­номического отдела. Он был среди делегатов Третьего Всероссийско­го Съезда Русских Людей в Киеве в октябре 1906.

Здесь необходимо сделать еще одно уточнение. В некоторых публикациях сообщается, что Пасхалов принимал участие в 5 Всероссийском Съезде Русских Людей (т.н. «Восторговский съезд») в Москве осенью 1909. В 5-м Съезде К.Н. Пасхалов участия не принимал. Осенью 1909 г. в Москве проходил съезд, называвшийся просто Съезд русских людей. «Восторговским» этот съезд был назван в энциклопедии «Русский Патриотизм», что не совсем корректно. Правильно называть его «Московским», поскольку в нем не принимали участие представители СРН (дубровинцы, марковцы), и он не получил статус всероссийского и нумерации 5-й.

В 1908-14 гг. Пасхалов входил в состав редакционной комис­сии многотомной «Книги русской скорби», которая издавалась Русским Народным Союзом имени Михаила Архангела в 1908-1914 гг. и содержала биографии «мучеников и борцов за идею православия, самодержавия, царя и русской народности, погибших в результате террористических актов».

11 марта 1912 года Клавдий Никандрович был принят Николаем II. Уходя от самодержца Пасхалов, по его словам «чувствовал вовсе не счастье… а конечную безнадежность, как будто я покинул постель отчаянно и неизлечимо больного человека. Да оно так и есть. И он, и все, что его окружает, больны недугом «русского» либерализма, который и приведет нас к гибели». Отмечу, что относительно даты приема Пасхалова императором в историографии произошла путаница. В работе А.Я. Авреха описываются обстоятельства визита 11 марта 1912 года. В статьях Ю.И. Кирьянова и А.Д. Степанова указана другая дата – 11 марта 1913 года. Эта дата приводится и в многотомном издании документов «Объединенное дворянство: Съезды уполномоченных губернских дворянских обществ…». Письмо Пасхалова от 18 марта 1912 года Д.А. Хомякову свидетельствует, что встречу с императором нужно датировать 1912 годом. В более поздней публикации Ю.И. Кирьянова также указан 1912 год. Можно сделать вывод, что путаница в датах возникла из-за опечатки в статье, помещенной в энциклопедии «Политические партии России», и затем перекочевала в другие издания.

Еще в 1913 году Пасхалов предсказывал неизбежность новой большой войны: «для России создалось теперь такое положение, что столкновение ее с Австрией является неизбежным. Хочет или не хочет она войны, а таковая будет, если только Россия не откажется добровольно от своего мирового значения и сама не станет членом славянской федерации под скипетром Габсбургов, чего, конечно, предположить нельзя… Удастся ли русскому колоссу устоять на ногах или же он рухнет и рассыпавшись на составные части, послужит образованию новых государственных организмов, это зависит всецело от мудрости и искусства его государственных людей». С началом первой мировой войны Пасхалов стал актив­ным борцом с «немецким засильем», был одним из инициаторов и активных участников Саратовского Совещания уполномоченных монархических орга­низаций (27-29 августа 1915), на котором его избрали в состав депутации для Высочайшего приема. Однако в Петрограде представители совещания получили отказ в просьбе о встре­че с царем, что произвело на Пасхалова удручающее впечатление. 15 декабря 1915 г. он жаловался А.А. Ширинскому-Шихматову: «еще грустнее то, что Царь, за права Которого мы распинаемся, очевидно, гневается на нас. Это ясно из отказа принять депутацию с Иконой и из молчания на нашу верноподданническую телеграмму. За что? Ведь в нашем выступлении не имели места никакие соображения личных выгод, и ничего, кроме оплевывания, от печати и общества мы не получили. Мы ведь шли ”против течения”».

В ноябре 1915 он принял участие в созванном сто­ронниками Н.Е. Маркова Совещании Монархистов («Петроградское совещание»), где выступал в прениях по вопросам борьбы с Про­грессивным блоком и немецким засильем, а также был избран членом Совета Монархических Съездов.

Пасхалов участвовал в организации Нижегородского Всероссийского Совещания уполномоченных монархических органи­заций и правых деятелей в ноябре 1915 года, на котором преобладали «дубровинцы». Как патриарх правого движения он был избран пред­седателем этого совещания и выступил с речью в начале его работы. В отчете о заседаниях отмечалось, что в своей речи Пасхалов особо подчеркнул преимущества российского самодержавия: «Только благодаря Самодержавию возможно было отрезвление народа русского, что сделано одним взмахом Царя-Самодержца. Во Франции и Англии с завистью смотрят на нашу власть единодержавную, там не могут провести такой меры столь быстро и решительно. Там парламент, конституции, республики – вот причина этого. Говорили: Самодержавная Россия – тюрьма для человека. Но нигде не живется так свободно личности, как в России. И мы видим теперь, что за эту «тюрьму» все, даже инородцы, проливают свою кровь».

На Нижегородском Совещании Пасхалов был также избран в состав Президиума Монархического движения. Пасхалов, подобно В.А. Грингмуту, с гордостью принимал наименование «черносотенцы» и 31 октября 1915 писал Н.А. Маклакову: «…может быть и лучше, если наш съезд окажется в полном смысле «черносотенным». Тем меньше будет поводов к разладу, который неизбежно происходил между корифеями монархического хора».

О жизни Пасхалова после октября 1917 года практически ничего не известно. Накануне и в годы мировой войны, а также после падения самодержавия он жил в маленьком селе Колосово близь города Алексина Тульской губернии. Он, естественно, не принял новую власть, но избежал репрессий и умер своей смертью в 1924 году.

Ничего не найдено. Попробуйте ввести другой запрос.

Вернуться к списку товаров